Автор Тема: О пространстве, архитектуре и вообще.  (Прочитано 8701 раз)

Оффлайн Мальва

  • Часто здесь
  • ***
  • Сообщений: 121
  • Карма: +11/-0
Re: О пространстве, архитектуре и вообще.
« Ответ #45 : 27 Январь 2017, 16:51:51 »
Naja, спасибо! Буду рада поработать вместе. Возможно, уже первый поток подвинется.
Авиталь, спасибо! В следующий раз наверняка будет иначе.

Оффлайн Мальва

  • Часто здесь
  • ***
  • Сообщений: 121
  • Карма: +11/-0
Re: О пространстве, архитектуре и вообще.
« Ответ #46 : 16 Март 2017, 17:13:16 »
Искала литературу об образах пространства, о взаимосвязи пространств внешних и внутренних.
В книгах по феншую эта связь остается за скобками, в эзотерических - нарочито драматизируется. Нашла любопытное.
Гастон Башляр. "Поэтика пространства."
Материалом для исследования послужили произведения поэзии и прозы. Автор вычленяет в текстах образы, соответствующие пространственным феноменам: (дом, мир, ящик, лестница) и анализирует их значение и звучание во внутренних пространствах человеческой души. Текст развернутый и пространный. Процитирую ключевые мысли.

Глава I. Дом от подвала до чердака. Смысл хижины

I

...дом — одна из самых мощных сил, интегрирующих человеческие мысли, воспоминания и грезы. Связующий принцип этой интеграции — воображение. Прошлое, настоящее и будущее придают дому импульсы различной динамики, нередко эти импульсы вступают во взаимодействие, то противоборствуя, то стимулируя друг друга. Дом вытесняет случайное, незначащее из жизни человека, наставляя его в постоянстве. Если бы не дом, человек был бы существом распыленным. Дом — его опора в ненастьях и бурях житейских. Дом — тело и душа. Это первомир для человека. Прежде чем быть «заброшенным в мир», как учат скороспелые метафизические теории, человек покоится в колыбели дома. И в наших грезах дом — это всегда большая колыбель. Бытие сразу предстает как ценность. Жизнь начинается хорошо, с самого начала она укрыта, защищена и согрета во чреве дома.

II

Под топоанализом нужно понимать систематическое психологическое исследование ландшафта нашей внутренней жизни. В театре прошлого, каким является память, декорации удерживают персонажей в их главной роли. Иногда мы думаем, будто познаем себя во времени, тогда как мы знаем лишь последовательность фиксаций в некоторых пространствах стабильности нашего существа, которое противится текучести бытия... Во множестве своих сот пространство содержит сжатое время. Для того оно и предназначено.

Память — вот что странно! — не фиксирует конкретную длительность. ... Упраздненные длительности нельзя пережить вновь. Их можно лишь помыслить, мысленно расположить на оси абстрактного времени. В пространстве находим мы прекрасные окаменелости времени. Воспоминания недвижны и тем более прочны, чем лучше они размещены в пространстве.

III

... бессознательное имеет место жительства ... это прекрасное, удачное место жительства. Бессознательное обитает в пространстве полного блаженства. Нормальное бессознательное умеет повсюду расположиться с удобством. Психоанализ приходит на помощь бессознательному в тех случаях, когда оно не находит себе места, ибо его грубо выгнали или хитростью вытеснили из дома. Однако психоанализ скорее будоражит, чем успокаивает. Психоанализ призывает личность жить вне обиталищ бессознательного, открыться жизненным приключениям, выйти из своей скорлупы. Естественно, такое воздействие благотворно. Ведь внутренняя сущность должна обрести внешнюю судьбу.

IV

Подлинные дома воспоминаний, дома, постоянно притягивающие наши мечты, неиссякаемые источники ...  противятся описанию. Описывать их — значит кого-то в них привести.

Но независимо от воспоминаний родной дом вписан в нас физически...  Мы являем собой диаграмму функций обитания в этом доме, и другие наши жилища — лишь вариации на основную тему. «Привычка» — слишком избитое слово, чтобы выразить чувственную связь не забывающего тела с незабываемым домом.

Итак, помимо позитивных ценностей защиты в родном доме утверждаются ценности воображения, последние ценности, которые остаются, когда нет самого дома. Центры скуки, одиночества, грез вместе составляют онирический дом, более долговечный, нежели рассеянные в родном доме воспоминания.

V

Дом — воплощение образов, дающих человеку опору или иллюзию устойчивости.  ... чтобы упорядочить эти образы, представляется необходимым рассмотреть две главные связующие темы.
1. В нашем воображении дом предстает как некая вертикальная сущность. Дом возвышается. Его отличия определяются по вертикали. Дом пробуждает в нас сознание вертикальности.

О квартире в многоэтажном доме: «Мой дом» — попросту некая горизонтальная плоскость, не более того. Помещения квартиры зажаты в тиски одноэтажности, тем самым упразднен один из фундаментальных принципов различения и классификации ценностей домашней жизни. 

2. В воображении дом предстает как сущность концентрическая. Он пробуждает в нас сознание центральности.

Развернуто о концентричности: VI

Стоит ему лишь слегка преобразить мысленно общую комнату и вслушаться в гудение печки в вечерней тишине, когда за окном бушует северный ветер, — и вот прямо посреди своего дома, в световом круге, очерченном лампой, он становится обитателем круглой первобытной хижины. Сколько жилищ оказались бы вставленными одно в другое, если бы воплотились в деталях и в иерархическом порядке все те образы, которые оживляли наши домашние грезы. Сколько рассеянных ценностей могли бы мы собрать, переживая со всей искренностью образы наших грез!

Хижина отшельника - это гравюра, которой излишняя красочность способна только повредить. Она черпает подлинность в интенсивности своей сути, сути глагола «обитать». Хижина означает, прежде всего, сосредоточенное одиночество. В мире легенд хижина не может быть общежитием.   

Оффлайн Мальва

  • Часто здесь
  • ***
  • Сообщений: 121
  • Карма: +11/-0
Re: О пространстве, архитектуре и вообще.
« Ответ #47 : 16 Март 2017, 17:51:31 »
Очень старалась выбрать самое ценное, все равно получилось много букв. Выделю жирным, то, что мне особенно понравилось.

Глава II. Дом и мир

I

Мы почувствуем себя защищенными внутри домика в долине, мы «укутаны» покрывалом зимы... И мы согреты, потому что холодно снаружи.

... снег с чрезвычайной легкостью упраздняет внешний мир. Он окрашивает всю вселенную в один универсальный цвет. Единственное слово — «снег» — полностью выражает мир и уничтожает его для тех, кто находится в доме. ... зимний космос за пределами жилья — это космос упрощенный. Это не-дом - в том смысле, в каком метафизик говорит о Не-Я. ... В доме все дифференцируется, становится многообразнее. Благодаря зиме дом обретает резервы и нюансы уюта. В мире, лежащем за стенами дома, снег заметает следы, засыпает дороги, глушит звуки, маскирует краски. Мы ощущаем в этой универсальной белизне действие космического отрицания. Домашний мечтатель знает, чувствует все это, и ослабление бытия внешнего мира позволяет ему с большей интенсивностью переживать все ценности бытия сокровенного.

III

<Не правда ли, кажется, что силы стихии в своей гордыне нас даже не замечают? Меж тем как на природе они видят одинокий дом, заключают его в свои мощные объятия и придают ему стойкость; там тебе хочется выйти из дома прямо в ревущий сад или, по крайней мере, не отходить от окна, и ты понимаешь гнев старых деревьев, раскачивающихся с такой силой, будто в них вселился дух пророков.>

Страница Рильке представляется мне, говоря языком фотографии, «негативом» дома, некой инверсией функции обитания. Гроза ревет и гнет деревья; поэт стремится покинуть кров, но влечет его не желание насладиться ветром и дождем — он слышит зов мечты ... Дом и мир не просто соседствуют в пространстве. В сфере воображения дом и мир взаимодействуют, обмениваясь импульсами, и рождают грезы противоположного толка. ... испытания «закаляют» старый дом. В победах над ураганом дом накапливает силу. ... в старом доме, в родном доме мы чувствуем себя безопаснее, спокойнее, чем в доме, затерянном среди городских улиц, где мы находим кратковременное пристанище.

IV

Дом Маликруа44 зовется «Ля Редус». Он построен на острове в Камарге, неподалеку от ревущей реки. Это скромный дом. Он кажется хрупким. Мы убедимся в его мужестве.

... приближение бури.  ... <Ничто не дает такого чувства бескрайнего простора, как тишина. Я вошел в этот простор. Шум окрашивает пространство, насыщая его звуковой материей. Безмолвие совершенно очищает его - нас охватывает чувство шири, бездонности, бескрайности. >

<... Примчались новые ветры и, атакуя с земли, ринулись на стены. Под их стремительным натиском гнулось все — гибкий дом, наклонившись, выдержал звериный удар. Должно быть, несокрушимые корни крепко привязывали его к островной земле, откуда и черпали сверхъестественную силу тонкие стены из тростника и досок, покрытых слоем штукатурки. Буря осыпала оскорблениями ставни и двери, изрыгала дикие угрозы, улюлюкала в каминной трубе — всё было напрасно: дом, укрывший мое тело, дом, ставший человеческим существом, не сдавался. Он прижался ко мне, как волчица, и мгновеньями я ощущал его материнский запах, проникавший прямо в сердце. В ту ночь дом и вправду был мне матерью.

Он один был мне защитой и опорой. Нас было только двое. >

Говоря о материнстве дома в книге «Земля и грезы о покое», мы приводили строки Милоша, где соединены образы Матери и Дома:

«Моя Мать», — говорю я.
И думаю о тебе, Дом!
Дом прекрасных, смутных дней детства.

 Действительно, дом — это прежде всего объект геометрической формы. Мы испытываем искушение заняться рациональным анализом этого объекта. В своей первичной реальности дом доступен зрению и осязанию. Он построен из ровно обтесанных камней, хорошо пригнанных балок. Прямая линия в нем господствует. Отвес отметил его знаком трезвости и уравновешенности.  Казалось бы, такой геометрический объект должен сопротивляться метафорам человеческого тела и души. Однако транспонировка в человеческий регистр происходит сразу же, едва мы воспримем дом как пространство успокоения и сокровенности, пространство, призванное быть конденсатором и стражем сокровенности.

... благодаря дому нежная материя сокровенности вновь обретает форму - ту форму, в которую она была облечена, удерживая в себе первичное тепло:

И старого дома
Золотое тепло
Струится от плоти к разуму.


V (о словах и рисунках)

 Так утешают меня вычитанные в стихах рисунки. Я поселяюсь в «литературных гравюрах», подаренных мне поэтами. Чем проще дом на гравюре, тем сильнее он возбуждает воображение обитателя. Он не остается «изображением». Его линии крепки. Убежище нас укрепляет. Оно требует от обитателя простой жизни, полная безопасность которой обеспечена именно простотой. Дом на гравюре пробуждает во мне ощущение хижины; я чувствую силу взгляда, свойственную маленькому окошку. Обратите внимание: если я искренне описываю образ, у меня возникает потребность подчеркивать. А подчеркивать - не значит ли это гравировать написанное?

VI

в произведениях Рене Казеля:

«Небывалый дом, где, изливаясь, дышит лава, где рождаются грозы, изнурительное счастье, - когда перестану искать его?

Покончив с симметрией, быть пастбищем ветров.
Дом мой пусть будет похож на жилище морского ветра, приют трепещущих чаек".
Так всякая греза о доме потенциально таит в себе гигантский космический дом. Из центра его во все стороны веет ветер, из окон летят чайки. Столь динамичный дом позволяет поэту жить во вселенной. Или, иными словами, вселенная обитает в доме поэта.

Порой, отдыхая, поэт возвращается в сердцевину дома:
 "... И вновь все дышит
Скатерть бела
Всего лишь скатерть, пригоршня белизны — и дом, найдя свой центр, стал на якорь."

VII
VIII
Иногда дом будущего представляется надежнее, светлее, просторнее, чем все дома прошлого. Образ дома мечты работает в направлении, противоположном родному дому. В позднюю пору жизни мы все еще говорим с непобедимой дерзостью: мы сделаем то, чего не сделали. Мы построим настоящий дом. Быть может, речь идет попросту о мечте домовладельца — воплощении всего, что принято считать удобным, комфортабельным, полезным, долговечным, наконец, желательным для других. В этом случае дом должен удовлетворять требованиям гордыни и разума, что несовместимо.

Поэт  Дюси признался, что всю жизнь с молодости напрасно мечтал о сельском доме с садиком и в семьдесят лет принял решение подарить их себе, не тратя ни гроша, собственной властью поэта. Для начала он завел дом; аппетиты собственника росли, и он присовокупил к дому сад, а потом и рощицу и пр. Все существовало только в воображении поэта, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы небольшие химерические владения обрели в его глазах реальность. Он говорил о них, наслаждался ими, как настоящими, и фантазия имела такую силу, что я бы не удивился, заметив во время апрельских или майских заморозков его искреннее беспокойство за свой виноградник в Марли. Он рассказал мне в связи с этим, что один добропорядочный провинциал, прочитав в газете несколько стихотворений, воспевающих скромное имение поэта, предложил ему в письме свои услуги в качестве управляющего, ничего не требуя, кроме жилья и жалованья, которое было бы сочтено приличным».

Итак, в доме мечты должно быть все. Каким бы он ни был просторным, он должен стать хижиной, телом голубки, гнездом, куколкой. Сокровенная жизнь нуждается в уюте гнезда.

Многие мечтатели хотели бы, чтобы дом, комната стали для них платьем по мерке.

Однако повторим еще раз: гнездо, куколка, платье составляют лишь один аспект жилища. Чем сосредоточеннее покой, чем плотнее закрыта куколка, тем дальше устремляет свой полет вылупившееся из куколки существо, чувствуя себя гостем из другого мира.

IX

Активный уход за домом, объединение в нем недавнего прошлого с ближайшим будущим, поддержание его жизнеобеспечения - вот что такое заботы хозяйки.

Но как придать творческую активность работе по хозяйству? Внеся в машинальный жест ясность сознания, соединив протирание старой мебели с занятиями феноменологией, мы почувствуем, что милую домашнюю привычку обогащают новые впечатления. Сознание все омолаживает. Самым привычным действиям оно придает значение начала. Оно властвует над памятью. Что за чудо - вновь сделаться подлинным автором машинального действия!

Анри Боско пишет: «Благодаря усилиям рук и целебному теплу шерсти нежный воск впитывался в полированное дерево. Постепенно оно приобретало неяркий блеск. Казалось, свечение, вызванное магнетическим трением изнутри столетней древесины,

Вещи, за которыми так любовно ухаживают, поистине рождены внутренним светом; они подняты на более высокий уровень реальности по сравнению с предметами безразличными, ограниченными геометрической реальностью. Они излучают новую реальность бытия; не просто занимают свое место в неком порядке, но и причастны таинству порядка.

Оффлайн Мальва

  • Часто здесь
  • ***
  • Сообщений: 121
  • Карма: +11/-0
Re: О пространстве, архитектуре и вообще.
« Ответ #48 : 16 Март 2017, 18:01:43 »
Глава III. Ящики, сундуки и шкафы

I

...коренное различие между образом и метафорой.

Метафора конкретизирует, облекает в плоть труднопередаваемое впечатление. Она имеет отношение к отличной от нее психической сущности. Образ же, производное абсолютного Воображения, именно в воображении черпает полноту бытия. Углубляя сравнение метафоры и образа, мы поймем, что метафора не подлежит феноменологическому анализу. Он просто не имеет смысла, ибо метафора лишена феноменологической ценности. В лучшем случае она представляет собой искусственно созданный образ без глубоких, подлинных, реальных корней. Метафора - эфемерное выражение, или, по крайней мере, таково предназначение метафоры, употребляемой однократно, мимоходом. Следует остерегаться слишком долго над нею размышлять.

В отличие от метафоры, образу можно предаться всем своим читательским существом; образ дарует бытие. Чистое творение абсолютного воображения, образ есть феномен бытия, одно из особых проявлений существа говорящего.

II

Понятия — ящики, служащие для классификации знаний; понятия, подобно готовой одежде, обезличивают опытное знание. Каждому понятию отводится свой ящик в каталоге категорий. Понятие являет собой мертвую мысль, ибо оно, по определению, есть мысль, прошедшая классификацию.

III

IV

Шкаф со своими полками, секретер с ящичками, сундук с двойным дном - вот, поистине, органы тайной жизни души.

Внутреннее пространство шкафа — пространство сокровенное, оно не открывается первому встречному. ... Положить в шкаф что попало мог бы только человек душевно убогий. Класть что попало, как попало, куда попало — признак непростительного ослабления функции обитания. В шкафу находится средоточие порядка, благодаря чему весь дом защищен от безграничного хаоса.  ... Порядок этот — не просто геометрия. Он хранит память об истории семьи. Это знает поэт, который написал:

"Стройность. Гармония. Стопы белья в шкафу. Меж простынь лаванда."


Вместе с лавандой в шкаф проникает и хроника времен года. Лаванда сама по себе вносит в иерархию простынь ... длительность. Ведь прежде чем использовать простыни, надо дать им время ... хорошенько «пролавандиться».  Воспоминания теснятся толпой, едва возникнет в памяти полка, где лежат кружева, батист, муслин поверх более плотных тканей. «Шкаф полон неслышным шорохом воспоминаний», — говорит Милош.

V

Сложные предметы мебели — творения мастеров-ремесленников — свидетельствуют о необходимости секретов, о науке создания тайников. Дело не только в том, чтобы надежно сохранить добро. Нет такого замка, который нельзя было бы взломать. Любой замок привлекает взломщика. Замок — это поистине психологический барьер! Замок с украшениями — прямой вызов нескромности.

Один из персонажей Франца Элленса, намереваясь преподнести подарок дочери, выбирает между шелковой косынкой и японской лаковой шкатулкой. Он останавливает выбор на шкатулке, которая "кажется ему более подходящей к ее замкнутому характеру". Это оброненное вскользь замечание ... составляет сердцевину странного рассказа, в котором отец и дочь скрывают одну и ту же тайну. Требуется незаурядный талант прозаика, чтобы читатель почувствовал тождество родственных теней. ... невозможно понять психологию замкнутого человека, лучше понаблюдать за ним в минуту подлинной радости, когда он открывает новую шкатулку, как девушка, получившая от отца невысказанное разрешение прятать секреты — сохранять свою тайну.

VI

Если в шкатулке лежат украшения и драгоценные камни, значит, предметом поэтического вымысла станет прошлое, длительное прошлое, охватывающее жизнь целых поколений. Камни заговорят, конечно, о любви. А вместе с тем, и о могуществе, и о судьбе.

В шкатулке хранятся вещи незабываемые, незабываемые и для нас, и для тех, кому мы подарим свои сокровища. Прошлое, настоящее, неизвестное будущее находятся здесь в сжатом виде. Таким образом, ларчик — это память о незапамятном.

VII

Когда ларец закрыт, он возвращается в сообщество вещей и занимает свое место в пространстве. Но можно его открыть! ... Одним движением внешнее зачеркнуто, все принадлежит новизне, неожиданности, неизвестности. Внешнее не имеет никакого значения. И — самый большой парадокс - не имеет смысла даже трехмерность пространства, ибо открылось новое измерение: измерение сокровенного.

Порой с любовью изготовленный сундучок таит в себе перспективы бесконечных воображаемых превращений. Открыв ларчик, обнаруживаешь дом, спрятанный внутри. Так, в стихотворении в прозе Шарля Кро мы встречаемся с подобным чудом, когда поэт продолжает работу мебельщика:  «секрет» мебели маркетри порождает воображаемые существа.

«Для того, чтобы постичь тайну вещи, раскрыть изнутри перспективы инкрустации, проникнуть сквозь зеркальные стеклышки в фантастический мир», требовались «весьма быстрый глаз, весьма чуткое ухо, весьма обостренное внимание». Воображение в самом деле обостряет все наши чувства. Фантазирующее внимание готовит чувства к мгновенному восприятию.

«Но наконец я подсмотрел тайный праздник, расслышал почти беззвучные менуэтики, уловил хитросплетения ларцовых интриг.

Открыв створки, видишь как будто гостиную для насекомых, отмечаешь бело-коричнево-черный узор плиточного пола в искаженной перспективе».

...в закрытом ларце всегда заключено нечто большее, чем в открытом. Попытка это проверить губит образы. Воображение всегда больше, чем жизнь.

 

Оффлайн Мальва

  • Часто здесь
  • ***
  • Сообщений: 121
  • Карма: +11/-0
Re: О пространстве, архитектуре и вообще.
« Ответ #49 : 17 Март 2017, 17:27:37 »
Глава IV. Гнездо

I

У Виктора Гюго в одной короткой фразе сконцентрированы образы и субстанции функции обитания. Для Квазимодо, пишет он, собор последовательно служил «то яйцом, то гнездом, то домом, то родиной, то, наконец, вселенной». «Можно, почти не преувеличивая, сказать, что он принял форму Собора, подобно тому как улитки принимают форму своей раковины.

V

Гнездо, как все образы покоя, умиротворения, непосредственно ассоциируется с образом простого жилища. Переход от одного образа к другому - от гнезда к дому и наоборот - возможен только под знаком простоты. Ван Гог, изобразивший немало гнезд и хижин, пишет брату: «Хижина под тростниковой крышей напомнила мне гнездо королька». ... изображая гнездо, он мечтает о хижине, а изображая хижину, грезит о гнезде. Простейший образ двоится, будучи и самим собой, и чем-то иным.

Переживая очевидно единый образ хижины- гнезда у Ван Гога, я вдруг улавливаю игру слов. С удовольствием повторяю про себя: в хижине живет маленький король. Вот образ-сказка, образ, вызывающий в воображении разные истории.

VI

Дому-гнезду не свойственна молодость. В такой дом возвращаются, в него мечтают вернуться.

Гнездо—и это мы сразу понимаем — непрочно, и все же оно является источником грез о надежном укрытии. ... Парадокс решается просто: мы грезим, как бессознательные феноменологи. В нас пробуждается, вместе со своего рода наивностью, инстинкт птицы. ... Этот очаг животной жизни таится среди огромной массы жизни растительной. ... Оно причастно покою растительного царства. Это точка в счастливой вселенной больших деревьев.

Один поэт пишет:
Я мечтал о гнезде, огражденном от смерти деревьями.


Итак, созерцая гнездо, мы находимся у истоков доверия к миру, ...  Неужели птица стала бы строить гнездо, не имея инстинкта доверия к миру? ... Наш дом, в его онирическом могуществе, - это гнездо в мире. 

VIII

Каждая жизнь в зачатке есть блаженство. Бытие начинается с благобытия. Созерцая гнездо, философ успокаивается и продолжает размышлять о своем бытии, ... мечтатель может сказать: мир — гнездо человека.

Борис Пастернак говорит об «инстинкте, с помощью которого мы, подобно ласточке, строим мир — гигантское гнездо, сплав земли и неба, смерти и жизни и двух времен — свободного и недостающего»

 



 

Оффлайн Мальва

  • Часто здесь
  • ***
  • Сообщений: 121
  • Карма: +11/-0
Re: О пространстве, архитектуре и вообще.
« Ответ #50 : 05 Январь 2018, 12:29:32 »
Друзья, у меня есть две программы, которым самое время в начале года.

Мастеркласс "Я создаю свой дом" и практикум "Волшебный город".

Первая - это отличный начало для тех, кто намеревает свой дом. Будет рассказ о том, как архитектор видит сущность дома, мы сконцентрируем ваши образы и мечты и поработаем творцами: воплотим идеи в реальный архитектурный макет.

Вторая тема о пространстве внутреннего города, - для тех у кого накопилось очень много багажа. Знаний, умений, идей, вещей, опыта, осознаний. Мы будем строить и рисовать ваш внутренний город, анализировать его пространство и структуру. Соберем все воедино и проявим суть. Вы увидите буквально глазами какие сферы могут быть источниками ресурса, а во что можно вложиться и получить результат.

Одну работу можно сделать в понедельник 8 января, вторую в следующие выходные. Москва, центр. Группа от одного участника. 3000руб

Если вам нужно и интересно, пишите, пришлю отзывы и отвечу на вопросы.

Оффлайн Adonea

  • Занесло на огонек
  • *
  • Сообщений: 2
  • Карма: +0/-0
Re: О пространстве, архитектуре и вообще.
« Ответ #51 : 11 Январь 2018, 20:50:01 »
Иээх, а онлайн нету? Чрезвычайно актуальная тема.

Оффлайн Мальва

  • Часто здесь
  • ***
  • Сообщений: 121
  • Карма: +11/-0
Re: О пространстве, архитектуре и вообще.
« Ответ #52 : 14 Январь 2018, 00:28:01 »
Adonea, можно по скайпу.

Оффлайн Мальва

  • Часто здесь
  • ***
  • Сообщений: 121
  • Карма: +11/-0
Re: О пространстве, архитектуре и вообще.
« Ответ #53 : 14 Январь 2018, 00:29:17 »
Наконец у меня прояснилось понимание, как работает взгляд на любую тему через метафору города. Да через любую объемную метафору. Хоть через физику, хоть через бухгалтерию. Мне все время не давал покоя вопрос интерпретаций. Интуитивно понимала, что они не особенно нужны. Андрей Курпатов объяснил простыми словами:
https://m.youtube.com/watch?feature=youtu.be&v=0M4GvJzrqQc
Все интересно, с 40 минуты о природе вдохновения и принципе загрузки массива объектов.

<Что мы возможно имеем в виду, когда говорим про вдохновение. ... процесс, когда мозг начал сам собирать то, что нам нужно. ... его нужно ввести в это состояние, когда он будет собирать то, что нам нужно.
он это будет делать по двум причинам: если нам это очень нужно.. по своим внутренним состояниям и переживаниям, а не потому что сказали, что дедлайн. Это прет изнутри. А снаружи должен давить объем элементов, который вы собрали внутрь своей головушки, а точнее дэфолт системы мозга, ... для того, чтобы у вас был очень большой объем пространства на котором вы функционируете. Если вы будете писать сценарий на основе одной идеи, это будет совершенно нулевая конструкция. ... что делает Станиславский? Каким образом он расфуфыривает одну простую вещь, превращая ее в историю, в судьбу, в переживания, в опыты. Он создает огромный массив интеллектуальных объектов, в которых я начинаю двигаться самопроизвольно, потому что они уже имеют для меня тяжесть, уже искривляют пространство, они заставляют меня двигаться туда, сюда, пятое-десятое. ... Поэтому исследовательский этап, когда вы загружаете в себя все эти объекты, создавая вот это пространство смыслов, в котором все взаимосвязано, все друг друга потягивает ... и дальше Шило изнутри!!! И после этого вы как комета пролетаете по этому пространству, потому что там есть тяжести, состояния ...(показывает извилистую траекторию рукой) и вот этот полет можно назвать вдохновением. Но это не вызванная вещь, а это результат того, что вы свой мозг грузили-грузили-грузили, заставляли себя переживать, чувствовать, думать про это, видеть в разных комбинациях, в каких-то образах других, в других мирах, которые вы параллельно создаете, и его (мозга) собственная внутренняя активность, которая говорит, что пора родить. И если мы сделали этот мир достаточно интересным, то траектория нашего движения будет сложной и нашему потенциальному читателю, зрителю и тд будет интересно следить за нашими кульбитами.>