Накануне снега
К концу ноября уже нет никакой пронзительности, никакой октябрьской натянутой струны. Одно лишь ожидание снега. И в нем есть мое маленькое приключение, слаще которого ничего нет в холодный сезон. 
Весь день не было ветра, и стоит туман. В тумане стоит густая беспримесная тоска. Ты не только в сыром полумраке. Ты не только в осеннем холоде. Ты тут совсем один, даже если дом твой в трех шагах. Видно кусок холма, с него сползло туманное одеяло. Но вот-вот холм дернет плечом, и укроется опять. А ты останешься еще более один.
Тепло, счастье, любовь, смех. Это все выдумали. Выдумали и забыли. Есть только туман, сырая осенняя печаль, бесприютность и холод, и выбеленные травы.
Ты всей шкурой проживаешь сиротство всякого путника в этом тумане. А, потом поворачиваешься - и открываешь дверь.
А за дверью твое исцеление от тоски.
Войти в теплый-теплый дом, обнять увесистого кота, заварить чаю с душистым и сладким абхазским лимоном, и заползти под плед с книгой. И чтобы в соседней комнате был кто-то еще, и дышал бы там, и иногда бы смеялся.
Чтобы ощутить всей собой, насколько важно это сокровище, нужен ледяной ноябрьский туман. Дом плывет по туману, и мы плывем в доме. Самое дно года. Тут властвуют глубоководные хтонические чудовища, которые никогда не видели солнечного света, и дышат тоской. Будет снег, будет и свет, а пока ни день, ни ночь - полумрак. Ни дождь, ни снег - туман. Ни зима, ни осень - предзимье. И ты в этом тумане - живой или мертвый?
Вот оно, время понять. И оттолкнуться от донышка.